Подпишись на рассылку

Бесплатные деньги

Бесплатные деньги
Автор: Александра Васильцева, Forbes Russia

Предприниматели, получившие субсидии на развитие малого бизнеса, рассказали Forbes, как им это удалось

Как правильно просить деньги

 

Еще три года назад Территориальные агентства по развитию предпринимательства (ТАРПы) буквально навязывали бизнесменам субсидии, выполняя план по выдаче денег на поддержку предпринимателям. А те в свою очередь от субсидий отказывались — хватало банковских кредитов, требовавших меньшего, чем госпомощь, вороха бумаг и меньших обязательств. Кризис все изменил. В префектурах и департаментах московского правительства, раздающих субсидии, — очереди. Тут же ходят посредники, которые за определенный процент гарантируют получение субсидии. Насколько они реально связаны с чиновниками — большой вопрос.

 

В 2009 году Комиссия правительства Москвы по финансовой и имущественной поддержке малого и среднего предпринимательства рассмотрела 816 проектов, претендующих на получение финансовой поддержки из средств бюджета города Москвы в виде субсидий, в том числе 402 стартапа и 414 проектов по развитию бизнеса. Как сообщил Forbes глава Департамента поддержки и развития малого и среднего предпринимательства Москвы Михаил Вышегородцев, профинансирован 581 проект на общую сумму 516,3 млн рублей, в том числе 286 проектов с нуля (105,5 млн рублей) и 295 проектов, где деньги запрашивались для развития существующего бизнеса (410,8 млн рублей). Как попасть в число счастливчиков, получивших деньги?

 

Работающий бизнес обычно может рассчитывать на сумму от 2,5 млн до 5 млн рублей.Сначала необходимо написать технико-экономическое обоснование (ТЭО), своего рода бизнес-план, потом — пройти две комиссии, в префектуре и Департаменте поддержки и развития предпринимательства правительства Москвы. Если субсидию одобрят, деньги придут на расчетный счет. Их нужно освоить в течение трех месяцев, а затем произвести сверку с казначейством. Никаких требований к объему технико-экономического обоснования нет. Но предприниматели сами стремятся к максимальной подробности. Расписывают, что и у каких поставщиков будут покупать, по каким ценам, и вообще — что дадут эти покупки. Далее рассчитывается рентабельность проекта и выход на самоокупаемость.

 

Вместе с ТЭО на конкурс подаются копии бухгалтерской и налоговой отчетности. Там не должно быть задолженности перед бюджетом и крупных убытков. А вот величина официальных зарплат в компании чиновников волнует не так сильно. По крайней мере сравнивать их со среднеотраслевыми, как это делают налоговые инспекторы, они не будут. Однако повышенный контроль субсидированной компании в любом случае обеспечен. Ведь предполагается, что госпомощь будет возвращена в бюджет за ближайшие три года в виде налогов. А это значит, что фирме, получившей 2,5 млн рублей субсидии, надо выплачивать минимум 70 000 рублей налогов в месяц. Поэтому если компания практикует какие-то «схемы», то с чиновниками лучше не связываться. Есть шанс, что заодно с субсидией бизнес получит множество налоговых неприятностей.

 

Многие заявки «срубают» за отсутствие договора аренды или из-за того, что фирма зарегистрирована по домашнему адресу учредителя. Но самые распространенные причины отказа следующие:

— отрицательное экспертное заключение по проекту;

— сомнения в обоснованности расчетов экономической составляющей, возникающие в ходе обсуждения (всех предпринимателей, прошедших предварительный отбор, приглашают лично на заседание комиссии);

— наличие у предпринимателя достаточных средств на развитие и без привлечения бюджетных денег.

 

Два бизнеса, получивших субсидии

 

Получить деньги сложно, но можно. Forbes нашел предпринимателей, которым это удалось.

 

Один из предпринимателей-счастливчиков, Геннадий Шимчук, встречает меня на проходной режимного объекта — Института теоретической и экспериментальной физики. По обширной лесистой территории мы едем на машине. В конце 1990-х Геннадий, заведовавший лабораторией в институте, основал научно-производственную фирму ООО «Позитом-Про» и позвал туда многих своих сотрудников. Долгое время бизнес держался на заказах Ростатома. А теперь ученый и предприниматель выводит на рынок собственную разработку — прибор для обследования больных раком и другими серьезными заболеваниями.

«Не вдаваясь в технические подробности, могу сказать, что наши разработки дополняют, а в некоторых случаях и заменяют обследование в полноценном ПЭТ-центре (ПЭТ — позитронно-эмиссионный томограф. — Forbes). При этом стоимость процедуры может составлять всего 5000–7000 рублей, — объясняет Геннадий. — Предупреждать сложные заболевания, например рак, намного проще и дешевле, чем лечить. Поэтому каждый человек хотя бы раз в три года должен проходить диагностику. Наши установки упрощают доступ к ней». Для сравнения: стоимость обследования в ПЭТ-центре сейчас начинается от 20 000 рублей.

 

Цена установки, сконструированной в «Позитом-Про», составляет порядка €100 000. В начале 2009 года появился первый опытный образец. Он отправился на клинические испытания в США. Для России нужно было сделать еще два, для этого и понадобилась субсидия в размере 2,5 млн рублей.Составить ТЭО Шимчуку помогали в Агентстве по развитию предпринимательства города Москвы. А на комиссии чиновники в основном пытались понять, чем занимается компания.

 

«Вообще-то мне все это в диковину, я ни разу не получал никаких льгот, — говорит Шимчук. — Проблема возникла там, где я меньше всего ждал. Чиновникам не понравилось, что я взял в аренду площади ИТЭФ. Мол, есть риск, что меня отсюда могут попросить. Я говорю, да вы что, это мой родной институт, я и деньги хорошие плачу, и заказами его сотрудников обеспечиваю! Но все равно пришлосьподписать у руководства гарантийное письмо, что они сохранят за моей фирмой аренду в ближайшие годы».

 

Самым сложным оказалось то, что в ТЭО указываются не только поставщики и товары, но и цены. А за несколько месяцев, которые проходят между подачей заявки и приходом денег, они порой сильно меняются.

 

«Покупать по другим ценам нельзя, это прямое нарушение условий. В общем, я долго уговаривал поставщиков не менять цены, что бы ни произошло — дефолт, землетрясение и т. д. Буквально гарантии с них брал. Ладно хоть контрагенты отечественные, были бы иностранцы, вообще крах», — вспоминает Геннадий.

 

С субсидии пришлось уплатить 6%-ный налог. «Мы на «упрощенке» с объектом «доходы», налог начисляется на любые деньги, упавшие на счет», — объясняет Геннадий. Но без субсидии судьба установки была бы под вопросом.

Компания Марины Кудрявцевой ЗАО «Восток», до кризиса 10 лет занимавшаяся грузоперевозками, ютится в гараже в глубине промзоны. В одной комнате «офис» — старенький холодильник и обшарпанное кресло, в соседней — производственное помещение, там блестят металлом два новых станка.

Основными клиентами компании раньше были строители, но как только начался кризис, заказы прекратились. Марина попыталась оперативно диверсифицировать бизнес — оставив минимум транспортных услуг, хотела запустить ремонт топливной аппаратуры. Но тут выяснилось, что ее КамАЗы и ЗИЛы не соответствуют нормам по выбросам вредных веществ и не могут, как раньше, проезжать в центр Москвы. «Вредные машины» были проданы, но вырученных денег не хватило на покупку японских Isuzu и топливного оборудования. Мысль о получении государственной субсидии пришла после посещения ТАРП, где у компании зарегистрирован юридический адрес.

 

Марина Кудрявцева говорит, что субсидию получила без особых проблем. Ее совет тем, кто претендует на госпомощь: быть готовыми к многочисленным проверкам. «Деньги пришли мне в декабре 2009 года. А уже в апреле пожаловала проверка из муниципального фонда имущества города Москвы. Они убедились, что купленное оборудование соответствует заявленному, все осмотрели, сфотографировали. Теперь я периодически готовлю разные отчеты и передаю в департамент копии платежек. Думаю, еще грядет проверка, насколько фактическое исполнение соответствует заявленным целям. На контроле наша компания будет ближайшие три года», — подытоживает Марина.

 

Как проверяют субсидированных

 

Если ревизорам что-то не понравится, это сулит компании большие неприятности. При нарушении условий договора о субсидии, во-первых, деньги возвращаются в бюджет, а во-вторых, фирму обязывают выплатить неустойку в размере двойной ставки рефинансирования, умноженной на период, пока субсидия фактически находилась в распоряжении компании.

 

Еще одна обязанность спонсированных государством компаний — создавать новые рабочие места. Это также отслеживается ревизорами. «Поскольку отбор проектов носит конкурсный характер, при рассмотрении однотипных проектов предпочтение отдается тому, который предусматривает достижение более значимых социально-экономических показателей», — говорит Михаил Вышегородцев.

 

Одно из важнейших условий субсидии — сколько бы ни просил предприниматель, такую же сумму он должен выложить из своего кармана. И Марина Кудрявцева, и Геннадий Шимчук получили по 2,5 млн рублей, и столько же отдали собственных денег. Проверки распространяются на всю сумму, а не только на государственную часть.

 

Другой важный момент — это далеко не быстрые деньги. Например, Кудрявцева подала заявку в мае, на комиссии ходила летом, а одобрение получила только в ноябре. Вообще, «сброс» денег обычно идет к концу года, а до этого времени чиновники точно не знают, сколько у них средств, потому и не спешат их раздавать.

 

Повезло компаниям, которые хоть как-то соответствуют приоритетным направлениям, обозначенным чиновниками. Желательно, чтобы оборудование, на которое будет потрачена субсидия, было российского производства. Кудрявцева, например, приобрела за счет субсидии грузовики Isuzu, которые собирают в Ульяновской области: это стало большим плюсом для ее заявки. Да и сама по себе покупка транспортных средств считается одним из приоритетных направлений.

 

Скопируйте код в ваш блог:

В вашем блоге это будет выглядеть так:

Бесплатные деньги Бесплатные деньги

Предприниматели, получившие субсидии на развитие малого бизнеса, рассказали Forbes, как им это удалось

Комментарии ВКонтакте


Комментарии FaceBook

Если вы нашли ошибку, выделите текст и нажмите Ctrl + Enter